ВЫПУСК 22(ИЮЛЬ) 2017

Химеры

Адовы создания в большом городе
Многие категории человеческой внешности, голоса, речи, интонации, жестов и других аспектов коммуникации имеют ценностные характеристики.
Речь, а равно облик, жесты, черты лица могут называться благородными или вульгарными, простыми, простецкими, интеллигентными, аристократическими. Как правило, используя такие обозначения люди легко понимают друг друга. Это значит, что культура включает в себя представление о биологических атрибутах, выражающих некие оттенки внутреннего состояния, переживания идеи, которая становится теперь частью культуры.
Другими словами, анатомия и сокращения мышц вместе есть человек, изнутри представленный во внешний мир.
Но тело – только ли выражает?
В фэшн и гламуре давно созданы инструменты для придания образу моделей тех или иных социальных характеристик.
Помня о «воплощённости» Я человека, как показывают нейрофизиологи, можно предполагать, что внешнее проявление тех или иных атрибутов несёт за собой и некое внутреннее состояние, характеристики иннервации мышц, проприочувствительности, тонкого контроля за движениями, которые участвуют в создании конечного продукта. Продукт этот – человек как социальная единица: не просто испытывающий эмоции, но выражающий их; не просто высказывающийся, но обладающий мелодикой речи; не просто движущийся, но имеющий жесты, позу, походку. То же и про внешность. В фэшн и гламуре давно созданы инструменты для придания образу моделей тех или иных социальных характеристик. Скулы, брови, длина лица, форма губ, если их нужным образом очертить, нарисовать, из одной и той же модели сделают нимфетку, вамп, бизнес-вумен, танцовщицу, дворянку или пастушку, супер-интеллектуальную или слегка дебильную. Дорогая модель обладает лицом, не имеющим в себе никаких определённых черт – и тогда на ней умелый стилист нарисует всё, что нужно. Фотошоп добавит или уберёт оставшиеся необходимые и лишние черты.
Как это транслируют рекламщики, так это становится достоянием желаний и устремлений аудитории. Любой человек в поиске своей идентичности начинает искать образ, который бы хотел скопировать. Наделённый эстетическими характеристиками образ становится желаемым.
Но фотография – застывший фиксированный образ.
Даже видео можно снять в студии и отретушировать, хотя это стоит дороже фотографии. Что делать в повседневном общении?
В жизни, когда нет специального света и нет ретуши, выглядеть надо по-настоящему.
Тогда в ход идёт макияж – и в этом женщины преуспели; мужчинам краситься пока не положено. А ещё в ход идёт пластическая хирургия и косметология. Скулы можно не рисовать, а наполнить филером по-настоящему; подбородок и нижнюю челюсть утяжелить, если они мелковаты; зубы можно выровнять и отбелить; нос поправить. В принципе, и с телом можно сделать то же: если не хочется качаться, можно вставить импланты в мышцы, предварительно откачав жир. Про силиконовую грудь и попу речь можно даже не начинать.
Такая медицина делает социального и культурного человека снизу, от биологии: не меняя ничего в его Я, то есть не меняя процессов центральной нервной системы, иннервации мышц и других тканей; не меняя его личности, которая прячется где-то в коре головного мозга, связанной со всем телом.
Когда говорят про благородное лицо, предполагается, что этот человек несёт некие атрибуты мышления, переживания ситуаций, ответа на внешние раздражители, которые были свойственны благородному сословию. К ним относятся самоконтроль, широта взгляда, умение понимать скрытые и тонкие оттенки значений, умение прощать и быть великодушным.
Но если все эти качества не были присущи человеку до медицинского вмешательства?
Если он предпочитал воровать, подставлять, хитрить и выкручиваться, унижаться, лебезить, чтобы добиться цели, то, наработав средств для модификации собственной внешности, этот человек никак не соответствует себе видоизменённому.
Получается химера.
Сшитый из кусков различных культурных образов, из стереотипов и штампов тех или иных культурных областей, человек становится уродцем из страшных средневековых текстов про бесов, демонов, нечисть.
Подделывание Я – один из самых жутких видов симуляции.
Для других людей такая химера станет разочарованием. Это не большая беда. Для самого себя такая химера станет бесконечной пыткой из-за диссоциации ощущения себя реального, себя искусственного и реакции других людей, ожидающих одного, получающих другое, разочаровывающихся или даже пугающихся. Но пытка не будет явной. Многие из тех в обществе, кто ведёт себя неадекватно (агрессивно, «хамски»), кто пытается подавить, опередить других, ведут себя так из-за диссоциации, которую переживают они между собой желаемым и чувствуемым. Чувствуемым в реакции других на себя, в собственном отражении и даже звуке своего голоса.
Вечная пытка сопровождает жизнь таких людей, но они не знают о ней.
К ним добавляются прямые стимуляторы: алкоголь, марихуана, кокаин, героин.
Порочный круг заполнения боли средствами, которые её же усугубляют, бесконечен. Заполнение происходит средствами потребления: это самый простой способ вызвать выделение медиаторов удовольствия в мозгу, «погладить» себя. Когда простого потребления уже не хватает, в ход идёт упоение властью, упоение чужой болью. К ним добавляются прямые стимуляторы: алкоголь, марихуана, кокаин, героин.
Люди-химеры ужасны и несчастны, они словно адовы демоны, вечно страдающие и несущие другим зло.
А начинается всё издалека. Начинается всё в нехватке материала, при помощи которого можно осмыслять и переживать реальность, в подмене жизни в материальном мире жизнью в мире символическом. Химеры и симулякры нападают на неготовую к контакту с ними душу, порабощают и убивают её.
Словно в ожившей средневековой легенде.