ВЫПУСК 17 (МАЙ), 2017

Конец телевидения

Достаточно нажать кнопку
Теле-видение значит «передача изображения на далёкое расстояние». Записанная в студии картинка может мгновенно стать доступной в любом месте за тысячи километров.
Телевидение — не телепатия; для его существования нужно техническое средство. Появление такого средства в начале ХХ века стало революцией, удовлетворив одну из потребностей человека — в быстром информировании. За голубиной почтой и телеграфом пришёл телефон — просто звук, а потом — телевидение: видео вместе со звуком. Революционным было средство, инженеры создали техническую возможность, они ничего не знали о контенте. Телевидение передаёт цветные пятна, пиксели, которые, двигаясь по площади экрана, создают образы. И вот образы становятся информацией, если у них есть зритель. А звук, включая речь, шумы, музыку, создаёт дополнительный поток означивания аудиального, и вместе они — видео и аудио — симультанно вносят в каждый дом мощную ревущую реку образов.
Инженеры ничего не знают о контенте, это не их забота. Техническое средство лишь даёт возможность. Подобно распаду ядер атомов: энергией можно управлять, и тогда она согревает, даёт свет, приводит в движение транспорт; а можно неуправляемо бросать её, и тогда она уничтожает всё. То же происходит с телевидением. То, что потоком льётся по каналу передачи информации, стало безрефлексивным не оглядывающимся на самого себя шизофреником в остром психозе.
Вы когда-нибудь разговаривали с человеком, который абсолютно не слышит вас, не реагирует на вас, не замечает, нужны ли и интересны вам его высказывания, надоело ли вам?
Такой «собеседник» говорит своё, словно хочет выговориться после обета молчания. Обычно так ведёт себя человек не совсем здоровый, страдающий сосудистой патологией, болезнью Альцгеймера, психической патологией, девиацией личности — в любом случае, «неадекватный». Его речь — о нём самом, о его проблемах и жизни, и только если сама жизнь его была безумно интересна, или проблемы его злободневны и остры, такой монолог можно выслушать.
Сегодня телевидение стало «неадекватом».
Оно не интерактивно по своей технической природе. Попытки ввести интерактивность — через телефонные звонки зрителей, показ чата — лишь имитация. Телевидение по своей природе — монолог. В ХХ веке этот монолог был почти единственным возможным средством информирования. Люди слушали и смотрели его, потому что через экран, словно окно, можно было проникнуть в другой мир. Телевидение монополизировало этот канал, и похоже, потеряло связь с реальностью. В другой мир теперь не нужно окно, в него распахнута дверь и расстелена ковровая дорожка. Путешествуют все, все видят и слышат другие страны и других людей.
А что телевидение? Оно льёт неустанно потоки образов, рассчитывая на то, что они нужны всем.
Ток-шоу, просто шоу и сериалы — вот практически всё, что осталось в контенте основных телеканалов. Немного новостей, одинаковых с утра до вечера на всех каналах, добавляют энергии. На Первом новости вставляют каждые полчаса, чтобы человек не расслаблялся, чтобы memento mori — помнил о смерти, даже если смотрит добрую советскую комедию.
Однонаправленность и скудность контента говорят или о неприличной наглости, или о неадекватности говорящего. Подсчёт аудитории пока поддерживает... Пока ещё много людей, запертых с шизофреником в одной комнате — людей, не умеющих найти способа избавиться от него. Отчасти потому, что телевизор благодаря своей вековой истории распространён повсюду, отчасти потому, что старшая аудитория просто не умеет обращаться к интерактивному средству, дающему то, что попросишь.
Второе преимущество телевидения — пассивность восприятия информации.
Когда человек не знает, что ему нужно, он может включить телевизор и просто получать, что дают. Когда-то давно контент, сделанный профессионалами на хорошем оборудовании, отличался от любительского — и одним этим привлекал к себе. Когда-то люди (режиссёры, журналисты) в нём были профессионалами и умели построить сообщение так, чтобы оно отличалось от любительского, было почти искусством. Сегодня качественную оптику и HD-камеру можно купить недорого: эксклюзивность технического качества утеряна телевидением. Но гораздо важнее, что утерян и профессионализм: качество отбора, постановки и реализации всё ниже, потому что люди, занятые в этом процессе, не лучше других людей. Они делают такие же ошибки, они такие же невежественные, они так же обывательски мыслят, как все обыватели. Телевизионный контент стал говорить с аудиторией на языке кухонных разговоров, не отличаясь от соседа по дому ничем, кроме симультанности, яркости красок, наличия музыки и усиленных голосов.
Первый канал, центральный, который есть в каждом доме, стал ярким примером заката телевидения. Он ориентируется на массу, на аудиторию (так прокомментировал К.Эрнст призывы убрать из новогоднего эфира А.Пугачёву: рейтинг высокий, кому не нравится — не смотрите). Он говорит с аудиторией на языке её повседневного общения. В сериалах «говорящие головы» даже не стараются работать над образом, они просто такие же, как в жизни, и истории их — житейские. Программы про секс (будь то генетические тесты возможных отцов или поиск «второй половинки») и про еду (готовим, покупаем продукты, вместе боимся вредной пищи и надвигающегося атеросклероза) составляют львиную долю эфира. Глубокой ночью для разнообразия немного интеллектуальных шоу, интервью, и целый день плохие новости, чтобы не расслаблялись.
Ориентируясь на аудиторию, телевидение не понимает, что как только аудитория поймёт, что с ней говорят на том же уровне, что и любой другой человек в ближайшем окружении, она потеряет интерес.
Пассивность - последнее, что остаётся у телевидения
Пока люди, уставшие от суеты, апатичные и абуличные к тому, что бы им посмотреть, довольствуются пассивно потоком контента, телевидение существует. Сегодня телевидение существует только потому, что в массе своей общество измотано проблемами, стрессами, и изувечено невежеством. Телевидение всячески поддерживает и тот, и другой процесс. Оно добавляет к неврозу огня и тщательно бережёт невежество. Так ведёт себя не шизофреник, но изощрённый, беспринципный, злой гений, паразитирующий на крови своих жертв.
Но его легко сбросить с себя. Достаточно нажать кнопку.